рефераты

Научные и курсовые работы



Главная
Исторические личности
Военная кафедра
Ботаника и сельское хозяйство
Бухгалтерский учет и аудит
Валютные отношения
Ветеринария
География
Геодезия
Геология
Геополитика
Государство и право
Гражданское право и процесс
Естествознанию
Журналистика
Зарубежная литература
Зоология
Инвестиции
Информатика
История техники
Кибернетика
Коммуникация и связь
Косметология
Кредитование
Криминалистика
Криминология
Кулинария
Культурология
Логика
Логистика
Маркетинг
Наука и техника Карта сайта


Дипломная работа: Убийство (ч.1 ст. 105 УК РФ): уголовно-правовая характеристика

Дипломная работа: Убийство (ч.1 ст. 105 УК РФ): уголовно-правовая характеристика

Убийство (ч.1 ст. 105 УК РФ): уголовно-правовая характеристика


Содержание

Введение

Глава 1. Понятие убийства

1.1 Понятие убийства в науке уголовного права

1.2 Понятие убийства в уголовном законодательстве

Глава 2. Объективные признаки

2.1 Объект убийства

2.2 Объективная сторона убийства

Глава 3. Субъективные признаки

3.1 Субъект убийства

3.2 Субъективная сторона убийства

Глава 4. Отграничение убийства от несчастного случая и самоубийства. Особенности квалификации убийства

Заключение

Список использованной литературы


Введение

Жизнь человека - самый ценный и хрупкий дар природы. Основные враги человеческой жизни - это жажда власти, корысть и болезни. Демографы утверждают, что половина жителей Земли умирают преждевременно и значительная часть из них - в результате насилия. В начале 90-х годов 20 века ежегодно на почве насилия на Земле умирало около 750 тыс. человек[1]. Насильственную смерть несут, прежде всего, войны, порождаемые жаждой власти и корыстью.

Жизни человека угрожают и многие другие опасности, не связанные непосредственно с войнами и службой в армии. Это, прежде всего самоубийства.

Особое место среди других опасностей для человеческой жизни занимают убийства. Они тяжело переживаются близкими потерпевшего, коллегами по работе, знакомыми, вызывают резкую отрицательную оценку со стороны общества. Здесь ситуация тоже неблагоприятная. Анализ показывает, что рост числа убийства в последние годы тесно связан с корыстными устремлениями преступников на базе передела собственности и крайне агрессивных способов завладения ею.

Убийства нередко маскируются под самоубийства, а число потерпевших в делах об убийствах, как правило, в статистике не учитывается: одно дело - единичное убийство, другое - не составляющие исключения случаи, когда убитыми оказываются несколько человек. К этому следует добавить, что остается не раскрытым каждое четвертое-пятое убийство, и преступники избегают уголовной ответственности.

Сложившаяся ситуация и намечаемая в результате прогноза перспектива свидетельствует о том, что провозглашенное в ст. 20 Конституции Российской Федерации право каждого человека на жизнь для многих граждан не имеет реальной гарантии. Оно лишь косвенно реализуется в уголовном преследовании лица, виновного в убийстве, и то, далеко не всегда. Уголовное преследование виновного для данного потерпевшего безразлично, так как его уже нет в живых. В этом случае речь идет о другом - о справедливом наказании лица, совершившего убийство, что безусловно важно для общества и для каждого гражданина. Раскрытие убийства и наказание убийцы повышает возможность реализации гражданами их конституционного права на жизнь.

В законодательстве всех стран убийство признается наиболее тяжким преступлением. Кроме того, убийство и другие посягательства на жизнь относятся к числу тех преступлений, которые часто вызывают серьезные трудности при расследовании, юридической квалификации и назначения наказания. Эти трудности обусловлены многообразием различных ситуаций совершения таких преступлений, зачастую с тщательной подготовкой к преступлению, сокрытием его следов, что приводит к искажению действительных признаков преступления. Все эти обстоятельства предопределили содержания курсовой работы. В ней исследуются различные аспекты общих условий квалификации преступлений против жизни, признаки состава преступления и их значение для квалификации преступлений, "простого" убийства, убийства при отягчающих и смягчающих обстоятельствах.

Основной целью дипломной работы является проведение анализа с правовой точки зрения состава преступления, предусмотренного ст. 105 УК РФ. При написании работы нами были поставлены следующая задача: анализ и правовая характеристика основного состава преступления, предусмотренного ст. 105 УК РФ.

Значительное внимание в своей работе я уделила отграничению убийства от самоубийства и несчастного случая, одного убийства от другого, убийства от доведения до самоубийства, а также разграничению преступлений против жизни и других преступлений, связанных с причинением смерти по неосторожности.

В своей работе я ссылалась на Уголовный кодекс, на постановления Пленума, на определения Верховного Суда СССР, которые хотя и утратили силу, но не потеряли консультативного значения как выражение определенной позиции судебной практики прошлых лет.


Глава 1. Понятие убийства

1.1 Понятие убийства в науке уголовного права

В действующем УК РФ, в отличие от уголовного закона 1960 г. впервые понятие убийства определено законодательно. Согласно ч. 1 ст.105 УК РФ убийством признается умышленное причинение смерти другому человеку.

Данное определение является итогом многолетней дискуссии в науке уголовного права, которая развивалась еще с начала 40-х годов. В ней приняли участие многие видные российские ученые в области уголовного права.

Сам термин “убийство” утвердился в российском уголовном праве во второй половине XIX века. Согласно Русской правде – это “душегубство”, по Своду законов Российской империи 1832 г. – “смертоубийство”. Неоднократно высказывались мнения о том, что, несмотря на простоту термина “убийство”, он по-разному понимается в различных сферах человеческой жизни. Он имеет научное, правовое, медицинское, бытовое толкование. В уголовном же праве понятие убийства более узкое, так как требует указания на определенные признаки, которые бы свидетельствовали о совершении преступления. В связи с этим многие авторы предлагали свои определения данного понятия. Так, Э. Ф. Побегайло определял убийство как «общественно опасное, уголовно - противоправное умышленное лишение жизни другого человека»[2].

С. В Бородин пишет: « Убийство - это предусмотренное Особенной частью Уголовного кодекса виновное деяние, посягающее на жизнь другого человека и причиняющее ему смерть»[3].

М. К Аниянц считал, что "Убийство - это противоправное умышленное или неосторожное лишение человека жизни"[4].

М. Д Шаргородский наоборот полагал, что неосторожное лишение жизни не следует называть убийством. При этом он ссылался на то, что в Уголовном кодексе РСФСР 1960 г., кроме ст. 106 УК РСФСР, предусматривающей неосторожное убийство, имеется большое количество статей, предусматривающих наказуемость деяний по неосторожности «повлекших смерть потерпевшего » или « гибель людей » (ст. 211, 213 УК РСФСР), однако, никто не квалифицирует деяние водителя, нарушившего правила дорожного движения и причинившего смерть человеку как убийство, хотя этот случай ничем не отличается от любого нарушения правил, повлекших за собой чью – либо смерть и квалифицируемых по ст. 106 как неосторожное убийство.[5] В своей работе, в 1948 году, он указал на то, что во всех странах законодательство резко разграничивает умышленное убийство от неосторожного причинения смерти, что никто не называет человека, неосторожно причинившего смерть – убийцей. Однако это мнение было почти единодушно отвергнуто всеми российскими учеными в области уголовного права.

Так, например А.А Пионтковский писал: « Признание неосторожного лишения жизни человека не убийством, а каким – то иным, особым преступлением было бы способно лишь ослабить отрицательную моральную оценку этого преступления»[6]. На этой же позиции стоял Н.И Загородников[7], В.Д Меньшагин, и А.Н Трайнин. Однако следует учесть, что данная точка зрения господствовала в годы “коммунистической морали” и “социалистического уголовного права”, тогда как законодательство многих зарубежных стран резко разграничивало умышленное убийство и неосторожное причинение смерти. В последние годы преобладающей стала иная точка зрения, согласно которой убийством можно считать лишь умышленное действие, причинившее смерть другому человеку.[8]

1.  Убийство – причинение смерти другому человеку. По данному признаку проводится отличие убийства от самоубийства, которое по уголовному праву России не является преступлением, а также от несчастного случая. Данный признак предлагали ввести в определение убийства многие ученые. Так, по определению С.В. Бородина, “убийство – предусмотренное Особенной частью Уголовного кодекса виновное деяние, посягающее на жизнь другого человека и причиняющее ему смерть”[9] Следует учесть, что данное определение также нуждается в доработке, так как понятие “виновное” предполагает как умысел, так и неосторожность, таким образом, сложно отличить убийство от других составов преступлений, предусматривающих в качестве последствий смерть человека.

2.  Причинение смерти – необходимое последствие преступления, предусмотренного составом ст. 105 УК РФ. Таким образом, деяние может быть квалифицировано как убийство лишь при причинении насильственной смерти потерпевшему. Естественная смерть не может быть квалифицирована как убийство.

3.  В теории уголовного права для полного определения понятия убийства указывается еще на его противоправность (неправомерность), чтобы отграничить убийство от правомерного лишения жизни, как это бывает при необходимой обороне, исполнении приказа, приговора и т. п[10].

4.  Убийство человека в отдельных, установленных законом случаях составляет необходимый признак объективной стороны другого преступления. То есть оно рассматривается не только как посягательство на жизнь, а на некую систему ценностей, куда входит и право на жизнь (например, террористический акт). А.Н. Красиков писал, что, определяя убийство, необходимо указать, что право человека на жизнь является непосредственным объектом посягательства[11]. Ранее об этом же говорил Н.И. Загородников, указывая в определении убийства на то, что “причинение смерти является основанием уголовной ответственности”[12]. Я вполне согласна с данным мнением.

Таким образом, исходя из вышесказанного, убийство можно определить как противоправное умышленное причинение смерти другому человеку, когда право на жизнь является непосредственным объектом преступления.

1.2 Понятие убийства в уголовном законодательстве

Первым законом, в котором были кодифицированы уголовно – правовые нормы, устанавливающие ответственность за преступления против жизни, явился УК РСФСР 1922 г., введенный в действие с 1 июня 1922 г.[13] В основе структуры кодекса лежало разграничение преступлений по объекту посягательства. Это относилось и к преступлениям против жизни. Если объектом посягательства выступала только жизнь человека, то преступление признавалось убийством. В тех же случаях когда наряду с жизнью преступление посягало и на другой объект, оно было отнесено в УК к соответствующим главам. Например, ст. 64 УК предусматривала ответственность за ''участие в выполнении в контрреволюционных целях террористических актов, направленных против представителей Советской власти и деятелей революционных рабоче-крестьянских организаций''; ст. 65 УК – ответственность за диверсию (взрывы поджоги, связанные с человеческими жертвами); ст. 76 УК – ответственность за бандитизм, состав которого и охватывал лишение жизни.

Ответственность за преступления, посягающие на жизнь, была установлена и в гл. 5 УК ''Преступления против жизни, здоровья, свободы и достоинства личности''. В разделе 1 ''Убийство'' предусматривалась ответственность: за умышленное убийство при отягчающих обстоятельствах (ст.142), за умышленное убийство без отягчающих обстоятельств (ст.143), за умышленное убийство при смягчающих обстоятельствах (ст.144 и ст. 145); за неосторожное убийство (ст.147). В этом же разделе УК предусматривалась ответственность за содействие или подговор к самоубийству несовершеннолетнего или лица, заведомо неспособного понимать свойства или значения им совершаемого или руководить своими поступками, если самоубийство или покушение на него последовали (ст.148). В таком решении вопроса об ответственности за содействие самоубийству нельзя не видеть определенной непоследовательности. С одной стороны исходя из не преступности самоубийства, не предусматривалась ответственность за содействие этому деянию, а с другой – устанавливалась ответственность за содействие самоубийству несовершеннолетнего или невменяемого с пониженной санкцией (до 3 лет лишения свободы) по сравнению с санкциями статей, предусматривавших ответственность за убийство. Этим фактически создавался самостоятельный состав убийства при смягчающих обстоятельствах.

УК РСФСР 1922 г. относил к преступлениям против жизни производство аборта лицом, не имеющим медицинской подготовки, либо в ненадлежащих условиях (ст. 146).

В числе обстоятельств, отягчающих умышленное убийство, в ст. 142 УК предусматривались: а) корысть, ревность (при отсутствии сильного душевного волнения) и другие низменные побуждения; б) убийство лицом, уже отбывшим наказание за умышленное убийство или весьма тяжкое телесное повреждение; в) убийство способом, опасным для жизни многих людей или особо мучительным для убитого; г) убийство с целью облегчить или скрыть другое тяжкое преступление; д) убийство лицом, на обязанности которого лежала особая забота об убитом; е) убийство с использованием беспомощного положения убитого. За умышленное убийство при отягчающих обстоятельствах предусматривалось наказание в виде лишения свободы на срок не ниже 8 лет[14] со строгой изоляцией.

Умышленное убийство без отягчающих обстоятельств наказывалось по ст. 143 УК лишением свободы на срок не ниже 3 лет со строгой изоляцией. Эта статья содержала примечание, в котором говорилось, что убийство, совершенное по настоянию убитого из чувства сострадания, не наказывается. Однако судебная практика показала, что безнаказанность лишения жизни по просьбе потерпевшего из сострадания является неправильной, и примечание буквально через несколько месяцев после введения в действие кодекса было отменено[15].

К убийству при смягчающих обстоятельствах было отнесено: умышленное убийство, совершенное под влиянием сильного душевного волнения, вызванного противозаконным насилием со стороны потерпевшего (наказывалось по ст. 144 УК лишением свободы до 3 лет); превышение пределов необходимой обороны, повлекшее за собой смерть нападающего, а также убийство застигнутого на месте преступления преступника с превышением необходимых для его задержания мер (наказание по ст. 145 УК — лишение свободы на срок до 1 года).

УК 1922 г. предусматривал два вида неосторожного убийства: по ч. 1 ст. 147 наказывалось неосторожное убийство лишением свободы или исправительными работами на срок до 1 года; в ч. 2 ст. 147 предусматривалось неосторожное убийство, которое явилось результатом сознательного несоблюдения правил предосторожности. Оно наказывалось лишением свободы на срок до 3 лет. Кроме того, суд мог запретить осужденному навсегда или на определенный срок ту деятельность при выполнении которой он причинил смерть. Сопоставление ч. 1 и ч. 2 этой статьи показывает, что в ч. 1 была предусмотрена ответственность за неосторожное убийство по небрежности, когда лицо не предвидело возможности причинения смерти потерпевшему, хотя должно было и могло ее предвидеть, а в ч. 2 — за неосторожное убийство в результате преступной самонадеянности, когда лицо предвидело возможность наступления смерти потерпевшего в результате своего действия или бездействия, но легкомысленно рассчитывало на ее предотвращение.

С 1 января 1927 г. был введен в действие утвержденный 22 ноября 1926 г. новый УК РСФСР[16]. Этот кодекс оставил без существенного изменения ответственность за умышленное убийство. Были изменены лишь санкции — устанавливался высший предел наказания, а не низший, как это было в УК РСФСР 1922 г. За умышленное убийство npи отягчающих обстоятельствах (ст. 136 УК) было предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок до 10 лет; за умышленное убийство без отягчающих обстоятельств (ст. 137 УК) — до 8 лет; за умышленное убийство в состоянии сильного душевного волнения (ст. 138 УК) — до 5 лет лишения свободы или исправительно-трудовые работы на срок до 1 года. Было увеличено наказание до 3 лет лишения свободы за убийство при превышении пределов необходимой обороны, а за убийство по неосторожности (как по небрежности, так и в результате преступной самонадеянности) установлено наказание до 3 лет лишения свободы. Оба эти убийства были предусмотрены одной ст. 139 УК, которая допускала также применение наказания до 1 года исправительно-трудовых работ.

В УК РСФСР 1926 г. был введен новый состав, где объектом посягательства была жизнь человека, — это “доведение лица, находящегося в материальной или иной зависимости от другого, жестоким обращением последнего или иным подобным путем до самоубийства или покушения на него”. В ч. 1 ст. 141 за это преступление устанавливалось наказание в виде лишения свободы на срок до 5 лет. Вместе с тем в ч. 2 ст. 141 этого кодекса сохранялись положения ст. 148 УК РСФСР 1922 г., которая предусматривала ответственность за содействие или подговор к самоубийству несовершеннолетнего или невменяемого лица.

В 1934 г. ст. 136 УК РСФСР была дополнена ч. 2, которая предусматривала ответственность за убийство, совершенное военнослужащим при особо отягчающих обстоятельствах. За это преступление предусматривалась высшая мера наказания — расстрел[17]. Других изменений в уголовное законодательство об ответственности за преступления против жизни не вносилось до 1954 г.

За годы действия УК РСФСР 1926 г., особенно в послевоенные годы, после принятия указов Президиума Верховного Совета СССР от 4 июня 1947 г. “Об уголовной ответственности за хищение государственного и общественного имущества” и “Об усилении охраны личной собственности граждан”, санкции которых предусматривали наказание до 20—25 лет лишения свободы, выявилось несоответствие наказания за эти преступления наказанию за преступления против жизни, прежде всего за убийство, максимальная санкция за которое предусматривала 10 лет лишения свободы. Это несоответствие пытался в судебной практике поправить Верховный Суд СССР. Так, была дана рекомендация при рассмотрении дел об убийстве, соединенном с разбоем, квалифицировать эти преступления только по ч. 2 ст. 2 Указа от 4 июня 1947 г[18]. В некоторых случаях, с тем чтобы увеличить меру наказания, суды квалифицировали убийство по аналогии как бандитизм пост. 16 и 59[19] УК РСФСР[20].

Президиум Верховного Совета СССР 30 апреля 1954 г. принял Указ “Об усилении уголовной ответственности за умышленное убийство при отягчающих обстоятельствах”. Применение этого Указа позволило значительно усилить борьбу с умышленными убийствами при отягчающих обстоятельствах, повысить предупредительное воздействие уголовного закона.

Вместе с тем практика ставила вопрос о дальнейшем совершенствовании законодательства об убийствах. В частности, возникал вопрос о недостатках ч. 1 ст. 136 УК РСФСР, которой устанавливались отягчающие обстоятельства умышленного убийства. Правильное разрешение этого вопроса было очень важным, так как отнесение тех или иных обстоятельств, при наличии которых совершаются убийства, к отягчающим и оказывающим влияние на их квалификацию определяет направленность борьбы с этими преступлениями.

Эту задачу в то время разрешил УК РСФСР 1960г., который, сохранив прежнюю классификацию преступлений против жизни, внес серьезные изменения в характеристику обстоятельств, отягчающих умышленное убийство.

В соответствии со ст. 102 УК РСФСР совершенным при отягчающих обстоятельствах признавалось убийство:

а) из корыстных побуждений;

б) из хулиганских побуждений;

в) в связи с выполнением потерпевшим своего служебного или общественного долга;

г) с особой жестокостью;

д) способом, опасным для жизни многих людей;

е) с целью скрыть другое преступление или облегчить его совершение, а равно сопряженное с изнасилованием;

ж) женщины, заведомо для виновного находившейся в состоянии беременности;

з) двух или более лиц;

и) лицом, ранее совершившим умышленное убийство, за исключением убийства при превышении пределов необходимой обороны и в состоянии сильного душевного волнения;

к) на почве кровной мести;

л) особо опасным рецидивистом.

Сравнивая ст. 102 УК РСФСР 1960 г. со ст. 136 УК РСФСР 1926 г., следует отметить, что она содержала более полный перечень отягчающих обстоятельств. В то же время в ней не было неопределенной формулировки отягчающего обстоятельства умышленного убийства “из иных низменных побуждений”, позволявшей в прошлом необоснованно расширять перечень отягчающих обстоятельств при квалификации умышленных убийств.

В УК I960 г. не были отнесены к отягчающим обстоятельствам умышленного убийства ревность, месть на почве личных взаимоотношений, совершение убийства военнослужащим[21], а также лицом, на обязанности которого лежала особая забота об убитом (чаще всего к этому обстоятельству относилось детоубийство), с использованием беспомощного положения потерпевшего. Опыт показал, что отнесение указанных признаков умышленных убийств всегда к отягчающим не оправдало себя. Наоборот, некоторые из таких преступлений, так же как детоубийство, нередко признавались совершенными при смягчающих обстоятельствах.

Наконец, некоторые обстоятельства, отягчающие умышленное убийство, в 1960 г. были изложены в иной, более точной редакции. Это относится к обстоятельствам, характеризующим умышленное убийство: из хулиганских побуждений; в связи с выполнением потерпевшим своего служебного или общественного долга; с особой жестокостью; с целью скрыть другое преступление или облегчить его совершение, а равно сопряженное с изнасилованием; лицом, ранее совершившим умышленное убийство, за исключением убийства на почве кровной мести, предусмотренного ст. 104 или 105 УК.

В ст. 104 УК 1960 г. полнее были раскрыты признаки убийства в состоянии внезапно возникшего сильного душевного волнения.

В 1960 г. убийство, совершенное при превышении пределов необходимой обороны, и убийство по неосторожности, в отличие от УК 1926 г., были сформулированы в разных статьях, что позволило устранить имевшую ранее место путаницу. В связи с тем, что оба преступления были предусмотрены в одной статье, некоторые допускали по этим чисто формальным соображениям возможность совершения убийства при превышении пределов необходимой обороны по неосторожности. Кроме того, была дана более четкая формулировка каждого из этих преступлений. В ст. 105 предусматривалась ответственность за убийство при превышении пределов необходимой обороны, а в ст. 106 – за убийство, совершенное по неосторожности.

Уточнялась диспозиция ст. 107, предусматривающая ответственность за доведения до самоубийства лица, находящегося в материальной или иной зависимости от виновного. Не только воспроизводилось указание на жестокость обращения виновного с потерпевшим, но и вместо слов ''иным подобным путем'' вводился признак систематического унижения личного достоинства потерпевшего.

В УК 1960 г. не была предусмотрена ответственность за содействие или подговор к самоубийству несовершеннолетнего или невменяемого лица, как это делалось в ч. 2 ст. 141 УК 1926 г. Это не означает, что УК 1960 г. исключил уголовную ответственность за это преступление. Судебная практика пошла по пути признания убийством содействия или подговора к самоубийству несовершеннолетнего или невменяемого лица.

Характеризуя действующее в то время законодательство об ответственности за преступления против жизни, необходимо подчеркнуть, что по сравнению с прежним оно полнее регламентировало ответственность за эти преступления и предусматривало более строгие санкции, особенно за умышленное убийство при отягчающих обстоятельствах.

В нормы УК РСФСР 1960 г., предусматривающие ответственность за преступления против жизни, был внесен ряд изменений в 1962 – 1994 гг. Это вполне закономерное явление, так как действенность и эффективность законодательства проверяется на практике, в ходе его применения. Так, в ст. 102 УК РСФСР был изменен п. ''б'' – предусмотрена ответственность за совершение убийства не только лица, но и его близких родственников, а также с целью воспрепятствования законной деятельности должностного лица. В число отягчающих обстоятельств убийства были включены совершение его по предварительному сговору группой лиц и на почве национальной или расовой вражды или розни[22]. В ст. 103 УК был установлен низший предел санкции (от 3 лет лишения свободы), который ранее указан не был[23]. Вносились также изменения в ст. 104 (убийство в состоянии аффекта); ст. 105 (убийство при превышении пределов необходимой обороны), ст. 106 (неосторожное убийство) – в санкциях этих статей увеличен срок исправительных работ с одного года до 2 лет[24]. Кроме того была существенно изменена ст. 13 УК РСФСР в целях расширения права на необходимую оборону. Однако анализ показал, что эти изменения ст. 13 носили декларативный характер и не были восприняты в новом УК[25].

Оценивая законодательство советского периода о преступлениях против жизни, необходимо иметь в виду, что наряду с системой общих судов, рассматривающих дела об этих преступлениях, в 1918 – 1951 гг. действовала система внесудебной расправы. На основании решений Особого совещания НКВД, двоек, троек, а иногда и просто по спискам уничтожались лица, не угодные тоталитарному режиму. Их действия как правило не получили юридической оценки по УК, не исследовались доказательства, не было суда. Таким путем посягательства на жизнь, предусмотренные УК, приумножались фактически государственной политикой по уничтожению невиновных людей. Верховный Суд РФ до недавних пор рассматривал ''дела'' о реабилитации жертв этих репрессий.

В УК РФ 1996 года впервые в истории нашего уголовного законодательства дается определение понятия убийства. Убийством признается только умышленное причинение смерти другому человеку (ч.1 ст.105). В отличие от УК РСФСР (ст.106) УК РФ не знает термина "неосторожное убийство", ибо в общественном сознании "убийство" ассоциируется лишь с умышленным причинением смерти. Такой подход соответствует и традициям русского дореволюционного уголовного права. Причинение смерти по неосторожности образует по новому УК РФ самостоятельный состав преступления (ст. 109). Объект убийства образуют общественные отношения, обеспечивающие безопасность жизни человека. Уголовно-правовой охране подлежит жизнь любого человека независимо от его возраста, физических и моральных качеств от начала рождения и до момента смерти.

Под началом жизни человека следует понимать от начала физиологических родов. Уничтожение плода до начала родового процесса не образует состава убийства[26]. Моментом завершения жизни следует считать биологическую смерть, при которой прекращается деятельность центральной нервной системы и в коре головного мозга наступает необратимый распад белковых тел, в результате чего восстановить жизнедеятельность организма уже невозможно[27]. Согласно ст.9 Закона РФ "О трансплантации органов и (или) тканей человека" от 22 декабря 1992 г. заключение о смерти дается на основе констатации гибели всего головного мозга.

Значительная часть людей преждевременно умирает в результате болезней или насильственных действий. Установление наступления насильственной смерти человека в результате действий другого лица является еще одной предпосылкой, характеризующей преступления против жизни. Помимо фактических предпосылок, для признания деяния преступлением против жизни, необходимы и юридические предпосылки и в их числе противоправность и виновность. Дело в том, что насильственная смерть может носить и правомерный характер (например, приведение в исполнение приговора к смертной казни). Кроме того, насильственная смерть может свидетельствовать не только о преступлении против жизни, но и о других преступлениях связанных с причинением смерти человеку, а также о несчастном случае и о самоубийстве.

Помимо фактических и юридических предпосылок, которые необходимы для отнесения деяния к преступлению против жизни, у каждого из преступлений данной категории есть свои признаки, имеющие значение для общей характеристики этих преступлений.

В ч. 1 ст. 105 УК дано определение понятия убийства, которое существенно уточняет понятие этого преступления.

Убийством признается умышленное причинение смерти другому человеку. Из этого определения следует, что убийством является только умышленное причинение смерти другому человеку. Определение понятия убийства, данное в законе, не вполне совершенно еще и потому, что в нем не заложен критерий отграничения убийства от других преступлений, которые также предполагают умышленное лишение жизни другого человека.

С учетом о необходимости в определении отграничивать убийство не только от правомерного лишения жизни, случая и самоубийства, но и от других преступлений, включающих в свой состав умышленное причинение смерти. В соответствии со ст. 8, 14 и 19 определение понятия убийства можно было сформулировать следующим образом: убийство - это предусмотренное статьей Особенной части УК умышленное виновное общественно опасное деяние, посягающее на жизнь другого человека и причиняющее ему смерть.

Приведенное определение убийства характеризует все виды убийства, предусмотренные ст. 106-108 УК.

Определение понятия причинения смерти по неосторожности в ст. 109 УК не содержит. В ст. 110 УК не определяется понятие доведения до самоубийства. Нет в нем также определения понятия до самоубийства, без которого нельзя в полной мере уяснить понятие доведения до самоубийства.

Лицо, совершившее самоубийство, обязательно должно быть вменяемым. Если лишает себя жизни лицо, неспособное понимать значение своих действий и руководить ими, то такая смерть должна относиться не к самоубийству, а к несчастному случаю.

Оценивая самоубийство с позиций современной морали, следует признать такой способ ухода из жизни в принципе не отвечающим идеалам совершенной человеческой личности.

Таким образом, к самоубийству не могут быть отнесены причинение себе смерти по неосторожности и лишение себя жизни невменяемым лицом. Сказанное выше позволяет заключить, что самоубийство - это осуждаемое обществом и общечеловеческой моралью деяние, которое состоит в намеренном лишении себя жизни. При определении понятия доведения до самоубийства необходимо исходить из диспозиции ст. 110 УК, которая формулирует его как преступление особого рода, когда последствия преступления достигаются руками потерпевшего. Здесь последствия наступают в результате действий виновного, вынуждающего потерпевшего совершить самоубийство. Следовательно, доведение до самоубийства состоит в жестоком обращении, угрозах или систематическом унижении человеческого достоинства со стороны виновного в отношении потерпевшего, который вынужден в результате лишить себя жизни.

Место "простого" убийства среди других видов убийства.

Убийство, предусмотренное ч. 1 ст. 105 УК РФ, или "простое" убийство, является так называемым основным составом данного вида преступлений.

По ч. 1 ст. 105 Ук РФ подлежит квалификации убийство, совершенное без отягчающих обстоятельств, указанных в ч. 2 этой статьи. Однако формулировка закона недостаточно полно характеризует "простое" убийство. Для квалификации убийства по ч 1 ст. 105 необходимо отсутствие не только отягчающих, но и смягчающих обстоятельств, влекущих применение ст. 107 и 108 УК. Все это дает основание считать, что убийство, предусмотренное ч.1 ст. 105 УК, - это такое преступление, которое совершается без отягчающих и смягчающих обстоятельств.

В ч. 1 ст. 105 УК не приводятся конкретные признаки объективной стороны данного вида убийства за исключением общего указания на то, что она состоит в умышленном причинении смерти другому человеку.

Пленум Верховного Суда РФ в п. 4 постановления от 27 января 1999 г. среди убийств, подлежащих квалификации по ч. 1 ст. 105 УК РФ, назвал, например, совершенные в ссоре или драке при отсутствии хулиганских побуждений, из ревности, по мотивам мести, зависти, неприязни, ненависти, возникших на почве личных отношений. Изучение практики показывает, что наиболее типичными для данного вида убийства, совершенные по мотивам мести, возникшей на почве личных отношений, ревности, в ссоре или в драке. При исследовании мотивов и обстоятельств убийства, дающих основание для применения ч. 1 ст. 105 УК, необходимо учитывать, что они не имеют самостоятельного значения для квалификации. Например, установление мотива ревности при совершении убийства вовсе не исключает его квалификации по ч. 2 ст. 105 или по ст. 107 УК в зависимости от наличия отягчающих обстоятельств, влияющих на квалификацию.

Вместе с тем это не означает, что мотивы и обстоятельства, при которых применяется ч. 1 ст. 105 УК, не должны выясняться и исследоваться по каждому уголовному делу. Они могут служить определенным ориентиром при решении вопроса о квалификации убийства. Их анализ может помочь более глубоко и полно уяснить конкретную обстановку убийства, что важно для назначения наказания и для установления и устранения причин убийства и условий, способствующих их совершению.


Глава 2. Объективные признаки

Для обоснованного привлечения к уголовной ответственности и правильной квалификации необходим тщательный анализ каждого признака состава преступления (объекта, объективной стороны, субъекта и субъективной стороны) и их совокупности на базе диспозиции соответствующей нормы Особенной части УК и исследуемого деяния. Поверхностный подход к такому анализу приводит к ошибочным решениям. Анализ признаков состава преступления имеет значение для индивидуализации ответственности, которая проявляется в квалификации совершенного преступления.

2.1 Объект убийства

Объектом преступления убийства является жизнь другого человека. Объект является тем общим признаком, который объединяет убийство, причинение смерти по неосторожности и доведение до самоубийства в одну группу преступлений, посягающих на человеческую жизнь.

Родовой объект убийства образуют общественные отношения, обеспечивающие безопасность жизни граждан.

Видовым объектом преступлений являются общественные отношения обеспечивающие жизнь и здоровье человека.

Непосредственным объектом преступлений против жизни являются общественные отношения обеспечивающие жизнь человека, независимо от его национальной и расовой принадлежности, происхождения и возраста, социального положения, рода занятий, состояния здоровья и т.п.

Было бы неправильно сводить понятие жизни человека лишь к биологическому процессу, поскольку человек, прежде всего член общества. Из этого следует, что жизнь человека носит общественный характер, а её охрана определяется отношениями, господствующими в обществе. Прав Б. С. Никифоров[28], который считал, что "нельзя отделять интересы личности от нее самой и затем выводить личность за рамки общественных отношений" Жизнь человека неотделима от общественных отношений, поэтому субъектом преступного посягательства при убийстве, причинении смерти по неосторожности и доведения до самоубийства является и жизнь человека, и общественные отношения, в качестве субъекта которых он выступает. А. Н. Красиков утверждает иное, что виновный, совершая преступление, посягает, прежде всего, на право лица, а не на те общественные отношения которые призвано защищать право. Так он утверждает, что непосредственным объектом посягательства при убийстве является "право на жизнь", а при причинении вреда здоровью - "право на здоровье"[29]. Аналогичный подход автор демонстрирует и при формулировании непосредственных объектов посягательства при исследовании других преступлений. На первый взгляд, из непосредственного объекта преступного деяния, который выражает его сущность, общественные отношения не исключаются. Но в действительности существо самого непосредственного объекта становится как бы "прилагательным" к субъективному праву потерпевшего от преступления. С таким подходом согласиться трудно.

Со смертью человека прекращаются и общественные отношения. Прекращается и уголовно- правовая охрана его жизни, и, следовательно, нельзя говорить об убийстве, когда лицо производит выстрел в уже умершего человека с целью лишения его жизни. Убийство в данном случае совершить невозможно, но действия лица все же представляют общественную опасность, поскольку последствия не наступают по не зависящим от этого лица причинам. Оно должно нести ответственность за покушение на негодный объект.

Уголовно-правовой охране по российскому законодательству в равной мере подлежит жизнь любого человека независимо от его возраста, физических и моральных качеств.

Объект посягательства при убийстве, причинении смерти по неосторожности и доведении до самоубийства указывает на особую общественную опасность этих преступлений. Она прежде всего состоит в том, что человек лишается жизни. Смерть потерпевшего исключает возможность загладить причиненный вред. Если при совершении некоторых преступлений причиненный ущерб может быть полностью или в значительной степени устранен, то при лишении жизни человека последствия необратимы, их невозможно устранить. Вред в данном случае не ограничивается самим фактом лишения жизни потерпевшего; близким потерпевшего, а также государству и обществу причиняется материальный ущерб. Близким причиняется и моральный вред, который, по мнению некоторых авторов, также подлежит возмещению.

Выяснение объекта убийства, причинения смерти по неосторожности и доведения до самоубийства в равной степени имеет значение как для определения общественной опасности, так и для квалификации этих преступлений. При их квалификации необходимо учитывать, что жизнь человека охраняется не только законом об ответственности за преступления против жизни, но и рядом других уголовно-правовых норм, направленных на защиту жизни человека (например, ст. 167, 168, 261, 277, 355-357 УК). Следовательно, для правильной квалификации важно разграничить посягательства по объекту. Установив, что объектом посягательства была жизнь человека, необходимо провести разграничение между убийством, причинением смерти по неосторожности и доведением до самоубийства по объективной стороне состава преступления.

Как уже подчеркивалось, что объектом убийства является жизнь любого человека. Когда же выясняется объект преступления по конкретному делу, то речь идет обычно о потерпевшем, о конкретной человеческой личности. В судебной практике встречаются случаи, когда виновный, желая убить одного человека, убивает другого. Такие случаи в литературе иногда оцениваются как "ошибка в объекте". Это неверно. Здесь жизнь другого человека также остается объектом убийства, ошибка происходит в личности потерпевшего которая, по общему правилу, не оказывает влияния на квалификацию преступления.

2.2 Объективная сторона убийства

Объективная сторона убийства состоит в лишении жизни другого человека. Убийство может быть совершено как путем действия, так и бездействия. Чаще всего убийство совершается путем действия, направленного на нарушение функций или анатомической целостности жизненно важных органов другого человека. Оно может быть совершено путем физических действий и психического воздействия, когда потерпевший лишается жизни либо непосредственно виновным, либо при помощи других лиц, не сознающих действительный характер содеянного в силу создавшейся обстановки или вследствие психической неполноценности или малолетия. При этом необходимо учитывать, что психическая травма сама по себе может вызвать смерть лица, страдающего заболеванием сердца и сосудистой системы. Причинение такому лицу психической травмы другим лицом, осведомленном о болезненном состоянии потерпевшего, при определенных обстоятельствах (во всяком случае при наличии цели лишения жизни) должно признаваться убийством. Представляется, что подговор к самоубийству лица, не осознающего значение этого акта, а также создание обстановки безысходности для другого лица с тем, чтобы оно покончило с собой, также должны рассматриваться как убийство.

Установление способа действия как признака объективной стороны убийства имеет серьезное значение для его квалификации. При совершении некоторых убийств, способ является квалифицирующим обстоятельством. Установление особой жестокости при убийстве или совершение его общеопасным способом.

При анализе объективной стороны убийства необходимо учитывать, что действие или бездействие являются лишь внешним признаком преступления. Это объясняется тем, что его общественная опасность в конечном счете заключается в причиненном вреде - смерти потерпевшего. Наступления ее как последствие преступных действий является обязательным признаком объективной стороны убийства. Не наступление такого последствия в результате действия (бездействия) виновного исключает признание преступления оконченным и при наличии приготовления к убийству или покушение на него влечет квалификацию с применением ст. 30 УК.

Еще одним признаком объективной стороны при убийстве является причинная связь между действием (бездействием) виновного и наступившей смертью потерпевшего. При решении вопроса о наличии или отсутствии причинной связи между деянием и наступившим последствием необходимо исходить из того, что она является объективной, существующей вне зависимости от нашего сознания связью, в силу которой действие (бездействие) порождает и обусловливает возникновение последствия. Отсутствие причиной связи между деянием и наступившей смертью потерпевшего либо исключает полностью уголовную ответственность за лишение жизни, либо влечет иную квалификацию деяния.

В отличие от других признаков субъективной стороны убийства причинная связь не всегда очевидна. Нередко ее установление по делам об убийстве на практике встречает трудности, которые объясняются тем, что иногда не учитывается конкретная обстановка, в которой было совершено преступление.

Между тем вопрос о наличии или отсутствии связи между причиной (действием или бездействием) и последствием (наступившей смертью потерпевшего) нельзя рассматривать вне конкретной обстановки, в которой совершенно преступление. В связи с этим по каждому делу об убийстве необходимо установить, что наступившая смерть потерпевшего является следствием определенных действий (бездействии) в конкретной обстановке их совершения.

Нельзя не учитывать и того, что не всякая связь между деянием и последствием свидетельствует о наступлении смерти потерпевшего в результате рассматриваемого деяния. Признавая, что беспричинных явлений нет, мы выделяем необходимость как проявление внутренней закономерности явлений и отличаем ее от случайности, которая также представляет собой объективную категорию, но выражает иного рода связь между явлениями внешнего мира. Из этого следует, что, анализируя объективную сторону убийства, необходимо не только устанавливать наступление смерти потерпевшего в результате определенных действий (бездействия), но и ограничивать необходимую причинную связь этих действий и наступивших последствий от случайной связи. При случайной связи последствия, наступившие от действий лица, для него являются не только неожиданными, но они и объективно не связаны с этими действиями.

К характеристике объективной стороны относится и конкретная обстановка совершения убийства. Она имеет значение не только для решения вопроса о наличии или отсутствии причиной связи, но и - при определенных обстоятельствах - для привлечения данного лица к уголовной ответственности и для квалификации этого преступления. Установление момента совершения убийства в случае истечения срока давности имеет значение для освобождения лица от уголовной ответственности. Время совершения данного преступления может отразиться и на применении уголовного закона. Мест убийства также имеет значение для правильной квалификации: применению подлежит закон, действующий в местности, где оно было совершено.


Глава 3. Субъективные признаки

3.1 Субъект убийства

Субъектом убийства (ст. 105 УК РФ) может быть согласно положениям УК РФ (ст. 19,20,21) только физическое вменяемое лицо, достигшее к моменту совершения преступления 14 лет. Установление пониженного возраста уголовной ответственности за убийство сравнительно с ответственностью за большую часть других преступлений (16 лет) вызвано особой общественной опасностью этого преступления, посягающего на самое ценное благо человека – жизнь. При этом учитывается способность несовершеннолетнего данного возраста понимать общественную опасность совершенного им деяния. Не следует забывать и о положении ч. 3 ст. 20 УК, согласно которому лицо, даже достигшее определенного законом возраста уголовной ответственности, не может быть признано субъектом преступления, если в связи с отставанием в психическом развитии, не связанным с психическим расстройством, во время совершения преступления оно не могло в полной мере осознавать фактических характер и общественную опасность совершенного им действия (бездействия) либо руководить ими.

Если учесть, что совершение преступления имеет временные границы, необходимо установить, что субъект должен достигнуть возраста уголовной ответственности за убийство (14 лет) к моменту совершения деяния, повлекшего за собою смерть потерпевшего. Убийство, как материальный состав, считается оконченным в момент наступления смерти потерпевшего, однако временем совершения преступления считается согласно ст. 9 УК РФ считается время совершения общественно опасного действия (бездействия) независимо от времени наступления последствий. При установлении возраста необходимо учитывать разъяснение Пленума Верховного суда СССР, согласно которому моментом достижения определенного возраста должно считаться окончание суток, в которые обвиняемому исполнилось определенное количество лет[30]. Из этого следует, что лицо, совершившее общественно-опасные действия, направленные на причинение смерти другому лицу, например, в день своего 14-летия, не подлежит уголовной ответственности за убийство, даже если смерть потерпевшего наступит спустя несколько суток с момента причинения смертельного ранения.

Субъект убийства должен быть вменяем, то есть способен осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий (бездействия) и руководить ими. Таким образом, из вышесказанного следует, что любые действия, в том числе и лишение жизни, совершенные малолетними или невменяемыми, а также лицами, которые вследствие отставания в психическом развитии, не связанного с психическим расстройством, не могли осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий (бездействия), не могут быть признаны убийством. Однако использование других лиц (в том числе малолетних и невменяемых) в качестве орудия преступления, а в данном случае – убийства, - не освобождает лицо при наличии других обязательных признаков субъекта преступления от уголовной ответственности за убийство

Однако возраст и вменяемость не относятся к числу признаков состава преступления, а являются лишь условием наступления уголовной ответственности[31]. Это объясняется тем, что любое деяние, в том числе и лишение жизни другого человека, совершенное малолетним или невменяемым, нельзя признавать не представляющим опасность, так как оно лишь устраняет уголовную ответственность этих лиц. Если же возраст и вменяемость отнести к признакам состава преступления, то логично лишение жизни другого человека, совершенное малолетним или невменяемым, признавать не представляющим опасности для общества за отсутствием состава преступления. Между тем производство по уголовному делу в отношении малолетнего исключается не за отсутствием состава преступления (п.2 ч.1 ст. 5 УПК РСФСР), а в связи с недостижением им возраста уголовной ответственности (п. 5 ч. 1 ст. 5 УПК РСФСР). В отношении невменяемого такое решение вопроса противоречило бы ст. 403 УПК РСФСР, в которой деяние, совершенное таким лицом, признается общественно опасным. Оно привело бы к тому, что лица, использующие малолетнего или невменяемого как орудие убийства, подлежали бы освобождению от уголовной ответственности. Вместе с тем это вовсе не означает, что субъект находится за рамками состава преступления. Без субъекта не может быть преступления. Наличие лица, вследствие виновных действий которого причинена смерть другому человеку, является необходимым условием признания данного причинения смерти убийством или доведением до самоубийства.

3.2 Субъективная сторона убийства

Субъективная сторона убийства свидетельствует о психическом отношении субъекта к своим действиям и наступившей смерти потерпевшего. Субъективная сторона убийства характеризуется рядом признаков и прежде всего виной - умыслом или неосторожностью. В ч. 1 ст. 25 УК РФ четко закреплено деление умысла на прямой и косвенный. Существенным является уточнение содержания прямого умысла, которое было предметом многолетних споров в уголовно правовой литературе[32].

В соответствии с ч. 2 ст. 25 УК РФ преступление признается совершенным с прямым умыслом, если лицо осознавало общественную опасность своих действий (бездействия), предвидело возможность или неизбежность наступления общественно опасных последствий и желало их наступления. Здесь существенно уточнен интеллектуальный момент умысла. Теперь кроме возможности наступления общественно опасных последствий предусматривается альтернатива - предвидение их неизбежности. Это особенно важно при определении субъективной стороны покушения на убийство.

Субъективная сторона убийства характеризуется умыслом. Убийство относится к числу тех преступлений, которые могут быть совершены как с прямым, так и с косвенным умыслом.

В тех случаях, когда не установлено, что смерть потерпевшему была причинена с умыслом, отсутствуют специальные признаки, характеризующие субъективную сторону убийства, значит, нет вины, и, следовательно, нет данного состава преступления. Установление признаков субъективной стороны и вины имеет важное значение прежде всего для квалификации убийства.

Изучение практики показывает, что анализ субъективной стороны при квалификации убийства представляет известную сложность. Неточности в выводах при таком анализе нередко влекут за собой ошибки: неправильно определяется направленность умысла, причинение смерти по неосторожности расценивается как умышленное, допускаются выводы о наличии умысла или неосторожности при случайном причинение смерти, наличие причинной связи принимается за доказательство виновности и т. п. Все это подчеркивает важность выявления всех признаков субъективной стороны убийства.

При квалификации убийства следует не только выявить, что оно совершенно умышленно, но и определить форму умысла. Лишь установление прямого или косвенного умысла дает основания для вывода о том, что убийство действительно было совершено, так как вне конкретной формы вины деяние по российскому уголовному праву не может быть признано преступлением.

Разграничение прямого и косвенного умысла имеет значение для индивидуализации ответственности, а в некоторых случаях и для отграничения убийства от других преступлений. Это относится, например, к квалификации покушения на убийство. Наличие косвенного умысла исключает такую квалификацию, преступление получает юридическую оценку по фактически наступившим последствиям. Пленум Верховного Суда РФ в постановлении от 27 января 1999 г. разъяснил, что покушение на убийство возможно лишь с прямым умыслом. Данное разъяснение имеет принципиальное значение не только для квалификации покушения на убийство, но и для выяснения содержания прямого и косвенного умысла, а также для их разграничения. В юридической литературе было высказано мнение о том, что при косвенном умысле виновный осознает не только возможность, но и неизбежность наступления тех или иных последствий[33]. К прямому умыслу в соответствии с этим взглядом относятся те ситуации, когда виновный прямо направлял свои действия на совершение данного преступления. При таком понимании содержание прямого и косвенного умысла неизбежен противоречащий закону вывод о том, что покушение на убийство возможно и при косвенном умысле. Неубедительны соображения о том, что лицо, поджигающее дом, в котором находится ребенок, действует лишь с косвенным умыслом, хотя и сознает неизбежность его смерти. Б. С. Утевский основное внимание уделил вопросу о том, является ли это убийство ребенка целью или побочным результатом действий виновного. "Характерным для эвентуального умысла, - писал он, - является то, что для виновного эти последствия нежелательны, что они являются для него не самоцелью. А лишь вероятным или неизбежным побочным результатом его действий (гибель людей в подожженном доме)"[34].

Такая трактовка понятия косвенного умысла ошибочна. Сознательно допускать наступление смерти потерпевшего - это значит считать его смерть вероятной; если же наступление смерти потерпевшего - это значит считать его смерть вероятной; если же наступление смерти неизбежно и виновный, несмотря на это, совершает свои преступные действия, то он не только допускает, но и желает ее наступления. Поэтому был прав Н. И. Загородников, считавший, что в тех случаях, когда лицо умышленно ставится в условия, при которых оно неизбежно должно лишиться жизни, возможность косвенного умысла исключается. Например, при разбойном нападении преступники запирают хозяина в ванную комнату, несмотря на его объяснения, что там из-за неисправности аппаратуры происходит утечка газа и пребывание в таком помещении вызовет смертельное отравление. Здесь направленность действий преступников на лишение жизни отсутствует, но смерть потерпевшего неизбежна. Предвидя это, они, очевидно, действуют с прямым умыслом на убийство. Если бы в результате подоспевшей помощи потерпевшего удалось спасти, то действия виновных наряду с разбойным нападением были бы признаны и покушением на убийство.

Сказанное дает основания для вывода о том, что предвидение неизбежности смерти является содержанием прямого умысла, поэтому и покушение на убийство возможно только с прямым умыслом. Данный вывод полностью согласуется с ч. 2 ст. 25 УК РФ

Косвенный умысел при убийстве подлежит также ограничению от неосторожной вины, а преступная небрежность и преступная самонадеянность - от случайного причинения смерти[35].

В числе имеющих значение для квалификации убийства обстоятельств которые характеризуют субъективную сторону этого преступления, необходимо назвать мотив, цель, а также эмоциональное состояния лица в момент совершения убийства.

Мотив действия лица, виновного убийстве, - это побудительная причина к совершению данного преступления. Поэтому при решении вопроса о квалификации убийства мотив не может не учитываться. Для квалификации убийства по ч.1 ст. 105 УК РФ мотив его совершения, по существу, безразличен. Это вместе с тем не означает, что устанавливать его не следует.

При анализе субъективной стороны убийства в связи с мотивом возникает вопрос о соотношении мотива и формы умысла. Как правило, мотив убийства свидетельствует о прямом умысле. Лицо, руководствуясь, например корыстными или хулиганскими побуждениями, добивается определенной цели. Однако исключить в этих случаях возможность совершения убийства с косвенным умыслом было бы неправильно.

Мотив характеризует волю субъекта. Любое волевое действие совершается по определенному мотиву. От мотива убийства следует отличать цель как признак субъективной стороны преступления. Целью является то последствие, к наступлению которого стремится виновный, совершая преступление. Мотив и цель обычно разграничиваются в законе и имеют самостоятельное значение для квалификации некоторых видов убийства.

В заключении исследования признаков состава преступления и их значения для квалификации убийства необходимо подчеркнуть, что юридический анализ каждого из признаков должен проводиться и в том случае, когда в законе какой-либо из них прямо не упоминается. В ч.1 ст. 105 УК РФ не содержится прямых указаний о субъекте убийства, а также отсутствуют какие-либо конкретные признаки, характеризующие объективную сторону преступления.


Глава 4. Отграничение убийства от самоубийства и несчастного случая по роду смерти. Особенности квалификации убийства

Насильственная смерть может быть результатом убийства, самоубийства и несчастного случая. Одним из важных аспектов проблемы определения рода смерти является выяснение признаков, которые отграничивают убийство от самоубийства и несчастного случая.

Если самоубийство отграничивается довольно четко на базе сложившегося в литературе определения понятия убийства и его признаков, то вопрос об отграничении убийства от несчастного случая при ближайшем рассмотрении оказывается недостаточно ясным, прежде всего из-за его не разработанности. Чаще всего с ним сталкиваются медицинские работники, сотрудники милиции, следователи и работники прокуратуры.

Правильный ответ на вопрос о роде насильственной смерти определяет оценку данного факта в обществе и диктует определенное направление деятельности государственных органов.

При убийстве возникает необходимость обнаружения виновного в этом преступлении, наказания его и выявление причин преступления и условий, способствовавших его совершению.

При самоубийстве выяснению подлежат факты, свидетельствующие о возможном доведении до самоубийства, а также причины и условий, которые привели к трагическому концу.

Несчастный случай влечет необходимость выявления возможных лиц, по вине которых создавалась ситуация, закончившаяся смертью человека, а также установления причин и условий, которые привели к несчастному случаю.

Таким образом, при ответе на вопрос о роде насильственной смерти возникает необходимость обнаружения виновных в совершении убийства, в доведении до самоубийства, в создании ситуации, которая привела к несчастному случаю. При этом следует исходить из того, что если установлено убийство, то наличие виновного в его совершении обязательно; при самоубийстве же и несчастном случае лишь возможны лица, виновно создавшие ситуацию, приведшую к одному из этих последствий. Общим является то, что установление факта насильственной смерти, независимо от рода, обязательно влечет за собой выявление причин и условий, способствовавших наступлению смерти. Для выяснения признаков самоубийства и отграничения его от убийства и несчастного случая нужно воспользоваться методом юридического анализа, позволяющем исследовать конкретный жизненный факт. Исследованию может служить уже упомянутая и принятая в уголовном праве абстракция, называемая составом преступления, которая позволяет рассмотреть деяние с различных сторон и раскрыть его признаки. Для сопоставления названных выше трех родов смерти нужно рассмотреть их по общей для них схеме, приведенной далее таблице.

При анализе важно установить, на что посягает данное деяние, чему оно причиняет вред (объект); внешнюю, объективную сторону, характеризующую само деяние (действие или бездействие), наступившие последствия и причинную связь между ними; внутреннюю, субъективную сторону, дающую представление об отношении субъекта к содеянному и его последствиям - умысел (прямой или косвенный), неосторожность (небрежность или самонадеянность), мотив и цель; характеристику самого субъекта деяния.

Приведенная ниже таблица носит, несомненно, условный характер. Она показывает совпадение элементов только элементов объективной стороны в части, относящейся к деятельности людей. Объект, субъективная сторона и субъект характеризуется по-разному при убийстве, самоубийстве, несчастном случае. В своей курсовой работе я остановлюсь на каждом из этих трех родов смерти.

В связи с рассматриваемым вопросом необходимо выяснить, являются ли идентичными уголовно-правовое понятие убийства и понятие убийства как рода смерти. Следует проанализировать с этой точки зрения различные преступления, связанные с причинением смерти другому человеку.

Не вызывает сомнения, что к убийству как роду насильственной смерти относится смерть в результате преступления, которое уголовный закон квалифицирует как убийство или неосторожное причинение смерти.

В Уголовном кодексе предусмотрена также большая группа преступлений, совершение которых может полечь смерть. Некоторые из них являются не чем иным, как убийство, отягченным причинение вреда другому объекту, помимо жизни человека. В этих случаях налицо состав убийства со всеми необходимыми элементами. Отличие таких преступлений от убийства состоит лишь в том, что жизнь человека является здесь не первым, соответствующим родовому, а вторым объектом.

Исходя из этого, к убийству как роду смерти следует отнести такие преступления, которые заключаются в причинении смерти человеку, особое должностное или общественное положение которого резко увеличивает опасность содеянного, и посягают одновременно на иные объекты, которые считаются не менее важными, чем жизнь человека.

Признаки состава деяния: убийства, самоубийства, несчастного случая со смертельным исходом

Причина смерти

Объект

Объективная сторона

Субъект

Субъективная сторона

Убийство

Жизнь человека (потерпевший и субъект - разные лица) Действие (бездействие человека. Причинная связь и последствия в виде смерти обязательны) Физическое, вменяемое лицо достигшее 14 лет Умысел (при прямом умысле цель и мотив обязательны), неосторожность (небрежность, легкомыслие)

Самоубийство

Жизнь человека (потерпевший и субъект – одно лицо) Действие (бездействие), влекущее саморазрушение Физическое вменяемое лицо в возрасте от 10 лет (по методике ЦСУ) Прямой умысел и мотив обязательны

Несчастный случай

Жизнь человека

(потерпевший и субъект - одно и тоже лицо и ли разные лица)

а) действие (бездействие) человека; б) действие сил природы, животных. Причинная связь и последствия обязательны. а) человек любого возраста, вменяемость значения не имеет; б) силы природы, животные Неосторожность (небрежность, легкомыслие); нет мотива, казус (отсутствие умысла и неосторожности)

Особенности квалификации убийства.

Об исполнении уголовного закона речь идет в тех случаях, когда, во-первых, надлежащее его исполнение решает задачу общего предупреждения преступлений и, во-вторых, когда он применяется в связи с конкретным преступлением и исполнение его решает задачу частного предупреждения.

Одним из видов исполнения уголовного закона при решении задачи частного предупреждения является квалификация преступления. При квалификации преступления происходит применение нормы Особенной части УК РФ. Для осуществления правосудия важна правильная квалификация, когда преступление получает оценку в соответствии с точным смыслом уголовно-правовой нормы и установленными фактическими обстоятельствами его совершения.

Правильная квалификация преступления включает не только его правовую, но и более широкую социальную оценку. Правильная квалификация преступления является важной гарантией осуществления правосудия в точном соответствии с законом. Она необходима для привлечения лица, совершившего преступление, к уголовной ответственности. Только при такой квалификации вынесенный судом приговор может быть признан законным и обоснованным, выражающим оценку от имени государства совершенного преступления и личности осужденного.

Убийство из мести, возникшей на почве личных отношений.

При наличии мотива мести убийство подлежит квалификации по ч. 1 ст. 105 УК во всех тех случаях, когда исключается месть на почве выполнения потерпевшим служебного или общественного долга и кровная месть, а также мотив расовой, религиозной ненависти или вражды.

"Месть - намеренное причинение зла за причиненное зло, обиду и т. п.[36]" Здесь следует уточнить, что речь идет о "причиненном зле, обиде и т. п.", которые так оцениваются субъектом, осуществляющим месть. Объективно действия лица, которому мстят, может быть нейтральными, в них может не быть ни зла, ни обиды. Поэтому в данном случае речь идет о мотиве мести, возникшем у лица, совершившего убийство. На почве личных отношений. Месть возникает на почве межличностного конфликта, когда лицо отвергает возможности его разрешения путем переговоров или обращения к арбитражу для разрешения противоречий, а предпочитает "решение" путем насильственного преступления[37].

Изучение практики показывает, что поводом для мести могут быть самые различные поступки потерпевшего. Чаще всего убийства из мести совершаются в тех случаях, когда месть возникает в результате оскорблений в ссоре и нанесения побоев.

Поводом для мести и убийства могут служить правомерные действия потерпевшего, направленные на то, чтобы защитить себя от виновного. Верховным Судом РБ было рассмотрено дело по обвинению Т., который после освобождения из тюрьмы истязал жену, обвиняя в супружеской неверности, а затем убил ее, узнав, что она пожаловалась на него участковому инспектору милиции[38].

Поводом для мести и совершения убийства иногда является недостойное поведение члена семьи, злоупотребляющего алкоголем и создающего невыносимые условия для совместного проживания. Московским городским судом по ч. 1 ст. 105 УК за убийство из мести был осужден Б., 16 лет. Явившись домой в состоянии опьянения, Б. Взял топор и чтобы, "отомстить за мать", которую отец будучи пьяным, систематически избивал, убил его[39].

Поводом для мести может быть и совершение потерпевшим преступления. Месть может возникнуть в результате таких действий потерпевшего, которые не причинили и с точки зрения общепризнанных в обществе правил поведения не могли причинить никакого вреда. В таких случаях чаще всего возникает необходимость отграничивать убийство из мести на почве личных отношений от убийства из хулиганских побуждений. В каждом таком случае необходимо выяснить, действительно ли был повод для мести или виновный ссылается на данное обстоятельство лишь для того, чтобы добиться более благоприятной для себя квалификации преступления.

На практике встречаются случаи, когда убийство, совершенное из мести, неправильно расценивается как убийство из хулиганских побуждений.

Поступки потерпевшего, породившие мотив мести, могут быть совершены как непосредственно перед убийством, так и в прошлом, возможно, задолго до убийства. В тех случаях, когда месть на почве личных отношений возникла в результате действий потерпевшего, совершенных непосредственно перед убийством. Появляется необходимость в тщательном выяснении, не было ли оно совершено в состоянии аффекта или при превышении пределов необходимой обороны. На практике встречаются случаи, когда убийство квалифицируется по ч. 1 ст. 105 УК как совершенное из мести на почве личных отношений, хотя по всем обстоятельствам дела видно, что оно явилось непосредственно реакцией на неправомерные действия потерпевшего, дающей основание рассматривать убийство, не исключая мотива мести, совершенным в состоянии сильного душевного волнения либо с превышением пределов необходимой обороны.

Ошибки, допускаемые в таких случаях, объясняются тем, что органы следствия и суды не всегда глубоко анализируют действия потерпевшего, который дает повод для совершения преступления, расценивая действия виновного лишь как месть, возникшую на почве личных отношений. Мотив мести в подобных ситуациях не имеет значения для квалификации совершенного убийства.

В литературе высказывалось мнение о том, что мотив мести поглощает мотив ревности. Однако такой подход не нашел поддержки у других авторов, хотя нельзя отрицать, что иногда ревность служит поводом для возникновения мести. В таких случаях может возникнуть конкуренция мотивов мести и ревности. При оценке ситуации, когда формулируется обвинение (для квалификации это не имеет значения) предпочтение должно отдаваться доминирующему мотиву, которым руководствовался виновный.

Убийство из ревности.

Ревность как мотив умышленного убийства получила в литературе различную оценку. Так, Э. Ф. Побегайло, считает, что "ревность сама по себе не является низменным побуждением"[40]. По мнению М. К. Аниянца, ревность - отвратительный пережиток прошлого, и независимо от того, по какой причине она улица возникла, убийства на этой почве должны строго наказываться[41]. Ревность как мотив убийства уже в силу данного обстоятельства заслуживает отрицательную оценку. Однако это не исключает дифференцированного подхода. Степень убийства, должна определяться в связи конкретными обстоятельствами совершенного преступления. Поэтому причину возникновения ревности нельзя оставлять без внимания. Как раз при совершении убийства по мотиву ревности было бы ошибочно не учитывать роль и поведение потерпевшего перед убийством или во время его совершения. Причина возникновения ревности может влиять не только на меру наказания виновного, но и на квалификацию его действий.

Чаще всего убийства, связанные с отношениями между мужчиной и женщиной, совершаются на почве эротической ревности. Она представляет собой комплекс переживаний при действительной или подозреваемой измене любимого человека и характеризуется сложной психологической структуры, эмоциональными реакциями и состояниями (зависть, ненависть, тревога, гнев, отчаяние, жажда мести, страсть и др.), мучительными сомнениями, сложными проявлениями в интеллектуальной и волевой сферах, многообразием форм поведения, зачастую социально опасного[42], включая убийство. Но эротическая ревность может побудить и к более внимательному отношению к супругу[43].

Психиатры различают нормальную ревность, сверхценные идеи ревности и бред ревности[44]. При расследовании и судебном рассмотрении дел об убийствах необходимо выяснить характер ревности. В последних двух случаях может оказаться, что смерть причинена лицом в состоянии невменяемости. Но было бы неправильно и ограничивать сферу, порождающую ревность. Известен ряд убийств, совершенных подростками в связи с тем, что родители или другие родственники относились к убитому (брату или сестре) "лучше", чем к совершившему это преступление.

Поводом для убийства из ревности в большинстве случаев служит мнимая или действительная измена. Встречаются и такие факты, когда убийство признается совершенным из ревности, вызванной отказом потерпевшей выйти замуж или потерпевшего жениться. Так, Б. совершила убийство Л. в связи с тем, что он обещал на ней жениться, а женился на другой женщине. Верховный Суд РБ признал убийство Л. совершенным из ревности[45].

Другим поводом для убийства из ревности может стать отказ потерпевшей от продолжения сожительства.

Вопрос об отнесении убийства за отказ от продолжения сожительства к убийству из ревности в судебной практике является спорным. В некоторых случаях такие убийства суды признают совершенными из мести. Например, Верховный Суд РБ признал Ц. виновным в убийстве Ж. на почве мести в связи с тем, что она, узнав о наличии у Ц. семьи, начала его избегать и прекратила с ним близкие отношения[46].

По мнению С. В. Бородина, такие убийства должны признаваться совершенными из ревности. Сложность решения этого вопроса состоит в том, что ревность при убийстве почти всегда содержит элемент злобы, порождающей месть. Поэтому убийство из ревности очень часто является и убийством из мести, когда поводом для мести служит измена или неразделенная любовь. Практически для квалификации убийства по ст. 105 УК разграничение мотивов мести на почве личных отношений и ревности не имеет значения, так как в любом случае применяется данная статья. Однако и при этом условии нельзя исключать необходимость установления действительного мотива убийства, могущего оказать влияние на назначение наказания виновному, на установление и устранение причин и условий, способствовавших совершению преступления, и т. д.

Во всех указанных случаях ревность выступает как низменная эгоистическое чувство, не являющееся смягчающим обстоятельством убийства, независимо от наличия и отсутствия оснований для ревности. Вместе с тем в ревности как мотиве человеческого поведения много личных моментов. Иногда для ревности есть повод, иногда она плод фантазий и необоснованных подозрений, но в любом случае мотивы ревности самого по себе не достаточно, чтобы убийство считать совершенным при отягчающих обстоятельствах, как это вытекало из УК РСФСР 1926 г. Для применения ч. 1 ст. 105 УК при наличии мотивов ревности необходимы обстоятельства, предусмотренные данной статьей.

В некоторых случаях убийство из ревности может быть признано совершенным в состоянии внезапно возникшего сильного душевного волнения вызванного циническими действиями со стороны другого лица, например, изменой этого лица, совершаемой в присутствии виновного в убийстве.

В литературе иногда встречаются утверждения о том, что убийство из ревности якобы "совершаются большей частью в состоянии физиологического аффекта"[47]. Однако изучение практики свидетельствует о том, что убийства из ревности признаются совершенными в состоянии аффекта, в самых редких случаях, т.к. чувство ревности развивается постепенно и возникновение умысла, по общему правилу, лишено внезапности, необходимой для применения ст. 107 УК.

Д. А. Шестоков, исследуя в криминологическом аспекте проблему супружеских убийств, помимо ревности называет такие мотивы этих преступлений, как обида, самоутверждение, избавление от забот и т. д[48]. Все эти мотивы могут быть связаны с реальностью, но сами по себе они, как и ревность, не имеют самостоятельного значения для применения уголовного закона, хотя и могут на первом этапе квалификации убийства иметь ориентирующее значение для выяснения его обстоятельств. Если же не окажется отягчающих или смягчающих обстоятельств, то каждый из названный мотивов может быть положен в основу формулировки приговора при квалификации преступления по ч. 1 ст. 105 УК.

Убийство в драке или ссоре.

Изучение практики показывает, что значительная часть убийств, совершенных в драке или ссоре, квалифицируется по ч. 1 ст. 105 УК РФ. Иногда практические работники даже высказывают мнение о том, что убийство в драке или ссоре во всех случаях влечет применение этой статьи. Это можно объяснить только недоразумением. Очевидно, что убийство в ссоре или драке "прямо" не предусмотрена ст. 105 УК РФ, и, кроме того, совершение убийства при этих обстоятельствах допускает и иную квалификацию. Только при отсутствии отягчающих обстоятельств такие убийства подлежат квалификации по ч. 1 ст.105 УК РФ. Убийство в драке или ссоре само по себе не исключает также наличие обстоятельств, дающих основание расценивать такое убийство, как совершенное в состоянии внезапно возникшего сильного душевного волнения или с превышением необходимой обороны либо как причинение смерти по неосторожности. При наличии этих признаков убийство в драке или ссоре должно квалифицироваться соответственно по ст. 107, 108 или 109 УК РФ. В тех же случаях, когда умышленное лишение жизни в драке совершенно в состоянии необходимой обороны без превышения ее пределов, оно не содержит состава преступления.

При решении вопроса о квалификации убийства, совершенное в драке или ссоре, прежде всего необходимо исходить из того каковы мотивы убийства, так как ссора или драка не исключают наличие мотивов, влекущих признание убийства совершенным при отягчающих обстоятельствах. Драка или ссора нередко оказываются поводом для того, чтобы обострить отношения с потерпевшим, а затем совершить убийство.

Чаще всего при рассмотрении дела об убийствах в драке или ссоре возникает вопрос об отграничении их от убийств из хулиганских побуждений. Разграничение этих преступлений очень часто ставится в зависимость от того, кто зачинщиком драки или ссоры. Некоторые судьи полагают, что если зачинщик драки или ссоры оказывается потерпевшим, то убийство должно квалифицироваться по ч. 1 ст. 105 УК. В тех же случаях, когда убийство совершает зачинщик, оно якобы относится к совершенным из хулиганских побуждений.

Так, Президиум Верховного Суда РФ при рассмотрении дела С, осужденного за убийство из хулиганских побуждений, при изменении квалификации преступления сослался на то, что убийство было совершено С. в драке, зачинщиком которой он не являлся. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ при изменении приговора в отношении Л, осужденного за убийство из хулиганских побуждений, признала квалификацию преступления неправильной, так как убийство Л. совершено во время, инициатором которой был потерпевший. Не оспаривая правильности позиции Верховного Суда по этим делам, вряд ли согласиться с таким решении вопроса в принципе. Как драка, так и ссора, независимо от того, кто является зачинщиком, может повлечь убийство, совершенное при наличии признаков ч. 2 ст. 105 УК. Следовательно, при отсутствии отягчающих обстоятельствах убийство в драке или ссоре, независимо от того. по чьей инициативе она возникла, должно квалифицироваться по ч. 1 ст. 105 УК.

По некоторым делам суды в обосновании применения ч.1 ст. 105 УК при убийстве в драке ссылаются на то, что она была "обоюдной", т. е. виновный и потерпевший наносили друг другу побои. Такое же мнение неоднократно высказывалось в литературе например, Б. В. Харазишвили утверждал, что умышленное убийство, если оно явилось результатом обоюдной драки всегда должно квалифицироваться по ч.1 ст.105 УК[49]. По существу, об этом же говорится в одном из комментариев УК РСФСР.

В дореволюционной литературе подчеркивалось, что убийство можно считать совершенным в драке или ссоре только в том случае, если убитый был участником драки или ссоры. Кроме того. обращалось внимание на необходимость тщательного исследования обстоятельств убийства в драке или ссоре, поскольку при таких обстоятельствах не исключено лишении жизни по неосторожности[50].

Некоторые практические работники ставят знак равенства между "дракой" и "ссорой", с одной стороны, и мотивом - с другой. Это ошибочное мнение "драка" и ссора" - всего лишь обстоятельства убийства, бесспорно совершенного по какому-то определенному мотиву. Анализ мотивов убийств в драке и ссоре показывает, что они оказываются самыми различными. Так, это могут быть хулиганские побуждения, корысть, ревность, месть, трусость, зависть, желание избавиться от мужа-пьяницы, желание облегчить вступление в брак и т. п.

Подводя итог к сказанному о квалификации убийств во время драки или ссоры, необходимо подчеркнуть, что важно не механически констатировать наличие драки или ссоры, обращающих прежде всего на себя внимание по делу об убийстве, а выяснить мотивы и действительные обстоятельства совершенного преступления. Драка или ссора при убийстве сами по себе без учета конкретных обстоятельств дела не являются решающими признаками для квалификации преступления. Очевидно, поэтому закон не называет драку или ссору в числе обстоятельств, влияющих на квалификацию убийства.

Другие виды "простого" убийства.

К убийству, предусмотренному ч. 1 ст. 105 УК, относятся и некоторые другие виды убийств, которые в следственной и судебной практике встречаются сравнительно редко. Их общим признаками также является отсутствие обстоятельств, отягчающих или смягчающих ответственность, которые могут влиять на квалификацию. Убийство, совершенное виновным в связи с неправомерными действиями потерпевшего, которые, однако, исключают применение ч. 2 ст. 105, ст. 107, 108 УК, также квалифицируются по ч. 1 ст. 105 УК.

Президиум Верховного Суда РФ, например, признал неправильно квалифицированными действия М., осужденного за убийство из хулиганских побуждений сельского исполнителя П. Было установлено, что М. ударил П. палкой по голове, в результате чего наступила его смерть. Действия М. были вызваны тем, что П. и трое его приятелей ночью, не имея каких-либо законных оснований, силой проникли в квартиру М. произвели обыск и угрожали ему арестом[51]. Отвергнув утверждение о том, что М. действовал из хулиганских побуждений, Президиум расценил совершенное преступление как умышленное убийство без отягчающих обстоятельств.

К рассматриваемому виду убийства могут относиться также убийства, совершенные в результате неправомерного применения оружия представителям власти либо лицом, охраняющим государственное, общественное или другое имущество, при неисполнении потерпевшим их законных требований.

По ч.1 ст.105 УК подлежат квалификации и те убийства которые оказываются совершенные при преждевременной обороне. В этих случаях отсутствует нападение, следовательно, такое убийство не может быть признано совершенным как в состоянии необходимой обороны, так и при превышении ее пределов.

Убийство из трусости человека, ошибочно принятым виновным за нападающего преступника следует квалифицировать по ч.1 ст.105 УК.

По ч.1 ст.105 может быть квалифицировано убийство совершенное при проведении научного эксперимента или при испытаниях изобретений. Для такой квалификации преступления важен анализ его субъективной стороны. Здесь возможен только косвенный умысел когда лицо, виновное в убийстве, безразлично относится к тому, что в результате научного эксперимента или испытания изобретения может наступить смерть человека. Установление в таком случае прямого умысла на убийство исключает применение ч.1 ст.105 УК. Должны быть исключены и корыстные побуждения, влекущие применение п. "з" ч.2 ст.105 УК. Разумеется, не должно быть выявлено и других отягчающих обстоятельств, равно как обстоятельств, смягчающих ответственность за убийство.

В судебной практике встречаются так называемые безмотивные убийства. Такие убийства иногда необоснованного признаются совершенными из хулиганских побуждений только в связи с тем, что мотив убийства не установлен.

В заключении исследования вопросов квалификации убийства по ч.1 ст. 105 УК необходимо сделать следующие выводы:

1.  По ч.1 ст. 105 УК квалифицируется убийства, не содержащие отягчающих обстоятельств (ч.2 ст.105 УК) и смягчающих обстоятельств, указанных в статьях 106,107,108 УК.

2.  Обстоятельства при которых совершаются убийства, предусмотрены ч.1 ст.105 УК, имеют значения для квалификации также только при отсутствии отягчающих и смягчающих обстоятельств.

3.  По ч.1 ст. 105 УК квалифицируются следующие убийства: из мести, возникшей на почве личных отношений; из ревности; в ссоре или драке; в связи с неправомерными действиями потерпевшего; в результате неправомерного применения оружия представителям власти либо сторожем при неисполнении потерпевшим законных требований (при отсутствии нападения); с косвенным умыслом при проведении научного эксперимента или при испытаниях изобретения; лица, ошибочно принятого за нападающего при отсутствии признаков мнимой обороны (из трусости); когда мотив убийства не установлен и т.п.

4.  Убийство из мести, возникшей на почве личных отношений, возможно в связи с самыми различными поступками потерпевшего, совершенными как непосредственно перед убийством, так и когда-то в прошлом.

5.  Убийства из ревности, как правило, совершаются в связи с действительной или мнимой изменой, отказом от сожительства, нарушения обещания выйти замуж или жениться; вместе с тем не исключены убийства из ревности, не связанной с отношением между мужчиной и женщиной.

6.  Мотивы из мести и ревности - самостоятельные мотивы "простого" убийства часто оказываются установленными одновременно по одному преступлению; с ревностью могут соседствовать и другие мотивы (обида, самоутверждение и др.) ; в таких случаях следователи и суд обязаны выявить доминирующий мотив и указать определенно, по какому мотиву совершено преступление.

7.  Установление "ссоры" или "драки" при убийстве не влечет механического применения ч.1 ст. 105 УК; для квалификации убийства, совершенного в ссоре или драке, не всегда имеет значение, кто (потерпевший или виновный) явился зачинщиком, а равно была ли драка "обоюдной"; установление этих обстоятельств не устраняет совершение убийства при отягчающих или смягчающих обстоятельствах; "ссору" и "драку" нельзя приравнивать к мотиву убийства.

8.  Анализ следственной и судебной практики показывает, что есть основания отметить некоторые чаще всего встречающиеся обстоятельства отягчающие или смягчающие убийство сочетание с обстоятельствами, характерными для применения ч.1 ст. 105 УК: например, ревность с хулиганскими побуждениями а также в состоянии аффекта; месть на почве личных отношений с хулиганскими побуждениями кровной местью, а также состоянием аффекта либо превышением пределов необходимой обороны; ссора и драка с хулиганскими побуждениями и особой жестокостью, а также состоянием аффекта либо превышением пределов необходимой обороны; именно в этих случаях преимущественно допускаются ошибки при разграничении преступлений, предусмотренных ч.1 ст. 105, с одной стороны, и ч. 2 ст. 105, ст. 107 и ч.1 ст. 108 УК - с другой.


Заключение

Таким образом, понятие убийства, исторически сформировалось в человеческой правовой культуре как понятие не правового действия посягательства на чужую жизнь совершаемое индивидом или группой лиц. Необходимым результатом квалификации деяния как убийства, я считаю, является наступление смерти потерпевшего.

Завершая данную работу, необходимо отметить, что вопросы квалификации преступлений вообще и убийств в частности, не теряют своей остроты и актуальности. В настоящее время очень часто встречаются ошибки в квалификации даже тех признаков убийства, формулировка которых не изменилась или претерпела незначительные изменения по сравнению с прежним уголовным законодательством.

Такое благо, как жизнь человека охраняется государством в первую очередь, и правильная квалификация совершенного преступления обеспечивает соблюдение основных принципов уголовного права, прежде всего, принципа законности. В этой связи представляется необоснованным мнение о том, что не имеет смысла ограничивать убийство и причинение тяжкого вреда здоровью, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего. Данные преступления посягают на разные объекты, неодинаковы их общественная опасность. Если состав преступления, предусмотренный ч.1 ст. 105 УК РФ характеризуется только умышленной виной, то смерть потерпевшего, наступившая вследствие причинения ему тяжкого вреда здоровью, наступает по причине неосторожности виновного в совершении преступления лица. Объединять эти преступления было бы неправильно и противоречило бы принципам уголовного права.

В связи со стремлением Российской Федерации к правовому государству актуальность вопроса о правильной квалификации убийств и иных преступлений против личности возросла, т.к. каждый раз при неправильной квалификации существенно нарушаются охраняемые законом права личности и общества в целом. Науке уголовного права, законодателям и правоприменительным органам еще многое предстоит сделать, что бы полностью исключить ошибки в квалификации преступлений.


Список использованной литературы

1. Нормативно-правовые и другие официальные документы.

1. Конституция Российской Федерации. М., Юридическая литература, 1994. 2.Всеобщая декларация прав человека. М., Юридическая литература, 1997.

3.Конвенция о защите прав человека и основных свобод. М.: Международные отношения, 1997.

4.Международный пакт о гражданских и политических правах. М.: Международные отношения, 1996.

5.Уголовный кодекс РФ. М.: Юридическая литература, 1997. (С изменениями и дополнениями на 15 сентября 2001 года)

6.О внесении изменений и дополнений в УК РФ. ФЗ от 25 июня 1998 г. // Собрание законодательства Российской Федерации. 1998. № 26. Ст. 3012.

7.Основы законодательства РФ об охране здоровья граждан // Ведомости СНД РФ и ВС РФ. 1993. № 33. Ст. 1318.

8. О судебной практике по делам об убийстве (ст. 105 УК РФ). Постановление Пленума Верховного суда РФ № 1 от 27.01.1999 // Российская газета. 1999. 9 февраля.

9.  Инструкция по констатации смерти человека на основании диагноза смерти мозга (Приложение к приказу Министерства здравоохранения РФ ''О дальнейшем развитии и совершенствовании трансплантологической помощи населению РФ" от 10.08.93 г. № 189).

10.  Положение о порядке установления врачебно-трудовыми экспертными комиссиями степени утраты профессиональной трудоспособности в процентах работникам, получившим увечье, профессиональное заболевание либо иное повреждение здоровья, связанное с исполнением ими трудовых обязанностей. Утверждено Постановлением Правительства РФ от 23 апреля 1994 г. № 392 // СЗ РФ. 1994. № 2. Ст. 127-133.

11.  Правила судебно-медицинской экспертизы тяжести вреда здоровью (приложение 2 к приказу Минздрава РФ от 10.12.1996 г. № 407. (Согласовано с Ген Прокуратурой, Верховным судом РФ, МВД России) в ред. приказа Министерства здравоохранения РФ от 5 марта 1997 г. № 61 // Уголовный кодекс РФ. Постатейные материалы. М.: Спарк, 1998.

14. Таблица процентов утраты трудоспособности в результате различных травм // Правила судебно-медицинской экспертизы тяжести вреда здоровью (приложение 2 к приказу Минздрава РФ от 10.12.1996 г. № 407. (Согласовано с Ген Прокуратурой, Верховным судом РФ, МВД России) в ред. приказа Министерства здравоохранения РФ от 5 марта 1997 г. № 61. О введении в практику Правил производства судебно-медицинской экспертизы. М.: Минздрав РФ, 1997.

2. Специальная литература

1. Бородин С. В. Ответственность за убийство: квалификация и наказание по российскому праву. М.: Юрист, 1994.

2. Бородин С.В. Квалификация преступлений против жизни. М., 1977.

3. Галактионов Е.А., Денисов С.А. Альбом схем по уголовному праву. СПб., 1997

4. Гродзинский М.М. Преступления против личности. М., 1994.

5. Дурманов Н.Д. Стадии совершения преступления по советскому уголовному праву. М., 1995.

6. Загородников Н.И. Преступления против жизни по советскому уголовному праву. М., 1991.

7. Загородников Н.И. Преступления против здоровья. М., 1989.

8. Красиков А.Н. Уголовно-правовая охрана прав и свобод человека в России. Саратов, 1996.

9. Курс советского уголовного права. Особенная часть. Т.3. / Под ред. Н.А. Беляева, М.Д. Шаргородского. Л., 1983.

10. Курс советского уголовного права. Т. V // Под ред. А.А. Пионтковского. М.: Наука, 1988.

11. Лунеев В.В. О юридической природе преступлений, направленных против жизни и здоровья человека. М.: Юрист, 1996.

12. Маркс К., Энгельс Ф. Из ранних произведений. М.. 1976.

13. Матузов Н.И. Личность. Права, демократия. СГУ, 1992.

14. Никифоров А.С. Ответственность за телесные повреждения. М., 1989.

15. Никифоров Б.С. Объект преступления по советскому уголовному праву. М., 1990.

16. Новое уголовное право России: Учебное пособие. Особенная часть. М.: Зерцало Теис, 1996.

17. Орехов В.В. Борьба с телесными повреждениями по советскому уголовному праву. Автореф. дисс… канд. юрид. наук. Л., 1980.

18. Пионтковский А.А., Меньшагин В.Д. Курс советского уголовного права. Часть Особенная. Т.1. М., 1985.

19. Рашковская Ш.С. Преступления против жизни, здоровья, свободы и достоинства личности. М., 1989.

20. Сахаров В.И. Средства и орудия совершения преступления и их уголовно-правовое значение. Автореф. дисс. … д-ра юрид. наук. М., 1991.

21. Таганцев Н.С. О преступлениях против жизни по русскому праву. Т. 1. СПб., 1990.

22. Тер-Акопов А. А. Ответственность за нарушение социальных правил поведения. М.: Юридическая литература, 1995.

23. Трайнин А.А. Состав преступления по советскому уголовному праву. М., 1991.

24. Уголовное право. Особенная часть. Т.1. СПб., Санкт-Петербургский университет. 1995.

25. Утевский Б.С. Уголовное право. М., 1990.

26. Церетели Т.В. Причинная связь в уголовном праве. М., 1983.

27. Шаргородский М.Д. Преступления против жизни и здоровья. М., 1988.

28. Шаргородский М.Д. Ответственность за преступления против личности. Изд. ЛГУ, 1983.

3. Периодическая печать

1. Бородин С., Глушков В. Уголовно-правовые проблемы эвтаназии // Советская юстиция. 1992. №10.

2. Бородин С.В. Убийство: теория и практика // Государство и право. № 7. 1986.

3. Ковалев М. Уголовно-правовые проблемы охраны здоровья с точки зрения прав и свобод человека // Советская юстиция. 1989. № 10.

4. Лукьянов В.В. “Двойная” вина – свидетельство отставания юридической науки от требований технического прогресса // Государство и право. 1994. № 12.

5. Прохоров В.С. Преступление и ответственность. ЛГУ, 1984.

6. Сердюк Л. Разграничение тяжкого телесного повреждения и убийства // Советская юстиция. 1984. № 7.

7. Тер-Акопов А.А. Установление причинной связи по уголовному делу // Советская юстиция. 1985. № 17.


[1] См.: Лаврин А. Хроники Харона. Энциклопедия смерти. М., 1993. С. 11

[2] Э.Ф. Побегайло « Умышленные убийства и борьба с ними » Воронеж 1965г. с.10

[3] С.В. Бородин « Квалификация убийства по действующему законодательству М. 1966 г. с.6

[4] М.К. Аниянц « Ответственность за преступления против жизни » М. 1964 г. с.15

[5] М.Д. Шаргородский « Преступления против жизни и здоровья » М. 1948 г. с.38

[6] А.А. Пионтковский « Курс советского уголовного права » Т. 5 М. Наука, 1971 г.

[7] Н.И. Загородников « Преступления против жизни » Госюриздат, 1961 г. с. 21 – 22.

[8] См.: Лунеев В.В. О юридической природе преступлений, направленных против жизни и здоровья человека. М.: Юрист, 1996. С. 344; Красиков А.Н. Уголовно-правовая охрана прав и свобод человека в России. Саратов, 1996 и др.

[9] См., например: Бородин С.В.: Ответственность за убийство: квалификация и наказание по российскому праву. М.: Юрист, 1994 С. 8; его же: Убийство: теория и практика // Государство и право. № 7. 1986. С. 54, а также более ранние работы.

[10] См., например: Курс советского уголовного права / Под ред. М.Д. Шаргородского. Т.3. Л., 1973. С. 539.

[11] См., например: Красиков А.Н. Уголовно-правовая охрана прав и свобод человека в России. Саратов, 1996 и др.

[12] Загородников Н.И. Преступления против жизни. М., 1961. С. 24.

[13] СУ РСФСР. 1922. №15. Ст.153.

[14] Статья 34 УК РСФСР установила высший предел наказания в виде лишения свободы - 10 лет.

[15] СУ РСФСР. 1922. №72-73. С. 906.

[16] СУ РСФСР. 1926. №80. С. 600

[17] СУ РСФСР 1934. №34. Ст.206.

[18] См.: Судебная практика Верховного Суда СССР. 1948. Вып.3. С.3.

[19] ВВС СССР. 1954. №11. С. 221.

[20] В последующем Верховный Суд СССР исправлял свои ошибки (см., напр.: Судебная практика Верховного Суда СССР. 1995. №3. С. 7-8.

[21] В п. "в" ст. 240 УК РСФСР предусматривалась ответственность военнослужащего за сопротивление начальнику или принуждение его к нарушению служебных обязанностей, сопряженное с умышленным убийством.

[22] ВСНД РСФСР и ВС РФ. 1993. №10. с. 360; №22. С. 789; СЗ РФ. 1995 №17. Ст.1471.

[23] ВВС РСФСР 1962. №29. Ст. 449.

[24] ВВС РСФСР. 1982. №49. Ст.1821.

[25] СЗ РФ. 1994. №10. Ст.1109

[26] Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации. Особенная часть. Под общей редакцией Генерального прокурора РФ, Профессора Ю. И. Скуратова. С. 2.

[27] Закон РФ "О трансплантации органов и (или) тканей человека" от 22 декабря 1992 г. Ст. 9

[28] Никифоров Б.С. Объект преступления по советскому уголовному праву. М.,1960. С.93.

[29] Красиков А.Н. Уголовно-правовая охрана прав и свобод человека в России. Саратов, 1996. С.2,3

[30] См.: Постановление Пленума ВС СССР по делу К. // Бюллетень ВС СССР. 1959. № 4. С. 32.

[31] А.И. Трайнин Правильно подчеркивал, что возраст и вменяемость являются лишь субъективными условиями уголовной ответственности: уголовный закон наказывает преступника не за то, что он достиг определенного возраста и вменяем, а за совершение преступления при условии, что н определенного возраста и является вменяемым (см.: Трайнин А.Н. Общее о составе преступления. М., 1957 с.74,76.)

[32] См. Российское уголовное право: общая часть. М.1997. С.180.

[33] См. Исаев М.М. Вопросы уголовного права и уголовного процесса в судебной практике Верховного Суда СССР. М.,1978. С.62,63, Утевский Б.С. Вина в советском уголовном праве. М., 1950. С.255.

[34] Утевский Б.С. Указ. соч. С. 252.

[35] Содержание умысла и неосторожности их разграничение. Тихонов К.Ф.// Правоведение 1963. №3. С. 83.

[36] Словарь современного русского литературного языка. М.; Л., 1957. Т. 4. С.894.

[37] См. Кудрявцев С.В. Конфликт и насильственное преступление. М., 1992. С.58-83.

[38] Архив Верховного Суда Республики Башкортостан. Уголовное дело № 1-739/99.

[39] Архив Московского городского Суда. Уголовное дело № 5-603/97. Бюллетень Верховного Суда РФ № 10, декабрь 1998 г.

[40] Побегайло Э.Ф. Умышленные убийства и борьба с ними. Воронеж, 1965 г. С.127.

[41] См. Аниянц М.К. Ответственность за преступления против жизни по действующему законодательству союзных республик. М., 1964. С. 123.

[42] Терентьев Е.И. Бред ревности. М., 1991. С.7.

[43] См. Загородников Н.И. Преступления против жизни по советскому уголовному праву. С.141.

[44] См. Терентьев Е.И. Указ. соч. С. 14-21, 65-77.256

[45] Архив Верховного Суда РБ. Уголовное дело № 25-115/97.

[46] Архив ВС РБ. Уголовное дело № 3-675/99

[47] Советское уголовное право: Часть Особенная. Л.; 1959. С. 146.

[48] Шестаков Д.А. Супружеские убийства как общественная проблема. СПб., 1992 С.36-45

[49] См. Харазишвили Б.В. Вопросы мотива поведения преступника в советском праве. Тбилиси, 1963. С. 82.

[50] См.: Таганцев Н.С. О преступлениям против жизни по русскому праву. СПб., 1870. Т. 1. С.133.

[51] Архив ВС РФ. Уголовное дело № 3-1/2001. Бюллетень ВС РФ № 1 2002.

© 2011 Рефераты и курсовые работы